Zhenya and George

<< Вернуться к предыдущей статье
<< ВЕРНУТЬСЯ В НАРОДНУЮ ЛЕТОПИСЬ
Валентина Литвинова

В семье Хомичей — машиниста Ивана Федоровича (1885–1955) и Феодоры Васильевны воспитывалась трое детей: старший сын Жорж (Георгий Иванович) (1910–1973), средний сын Женя (Евгений Иванович) (1913–1943) и младшая дочь Елена Ивановна (1919–2006). Мать, Феодора Васильевна, в пять лет осталась сиротой и воспитывалась в семье дяди — брата матери. Его дочери учились в гимназии, а маленькая Дорця (так Феодору звали в детстве) училась у них. В 16 лет она ушла из дядиной семьи в Пинск, где устроились на завод. В 1909 году, в свои 20 лет, Феодора вышла замуж за Ивана Хомича, который работал помощником машиниста, потом сам стал машинистом.
Через год в семье родился сын Жорж, а еще через три — сын Женя.
Началась Первая мировая война. Железнодорожников с семьями эвакуировали в Гомель. Сначала они жили в вагончике. В 1919 году у них родился третий ребенок — дочь Лена. Из старых шпал соорудили сарай и начали возводить большой бревенчатый дом на улице Кропоткина, где и прожили потом всю свою жизнь. Новоселье справили только в 1929 году. Отец работал машинистом в паровозном депо, мать занималась домашним хозяйством и воспитанием детей.
Очень хотелось Феодоре, чтобы все ее дети выучились и получили хорошее образование. Большие надежды она возлагала на своего первенца — Жоржа. Он рос умным, смышленым мальчиком. С пяти лет читал, писал, считал, позже хорошо учился в школе. Феодора мечтала, чтобы Жорж стал горным инженером. Но до поступления в институт надо было два года отработать на производстве. И Жорж после окончания школы устроился слесарем в депо. Сам он мечтал стать артистом, но родителям об этом не рассказывал.
В 1927 году Жорж уехал в Москву и вместо горного института поступил во ВГИК на режиссерский факультет, занимался успешно. Только через два года признался матери, где на самом деле он учится.
В 1929 году летом во время каникул, работая в депо, Жорж вступил в партию. В Москве правительство взяло курс на подготовку офицеров Красной армии из рабочих и крестьян.
Вернувшись из Гомеля в Москву с партбилетом, Жорж был направлен на учебу в Орловское танковое училище. С любимым ВГИКом пришлось расстаться. В 1932 году он окончил военное училище, женился на гомельчанке Анне и вместе с ней уехал служить в подмосковное Кунцево, в танковый полк. Позже Жорж стал слушателем Военной ордена Ленина академии бронетанковых и механизированных войск Красной армии имени Сталина.
Брат Женя, окончив курсы шоферов, приехал в Москву к Жоржу, который был его кумиром и любимым братом. Женя устроился в ту же академию по вольному найму — шофером и слесарем.
В 1935 году Женю призвали в армию. Он служил в авиаполку Читинской области, в городе Нерченске, шофером и фотографом местности с самолета. Сохранились некоторые его фотографии однополчан тех лет. В 1935 году Женя по болезни демобилизовался и приехал в Гомель, где работал шофером в управлении Белорусской железной дороги.
Женя хорошо рисовал. На стенах и печке родительского дома писал копии пейзажей известных русских художников, которые долго украшали дом. Способность к рисованию унаследовала и его дочь Лена. (Женя женился на однокласснице сестры — Валентине. В 1938 году у них родилась дочь Леночка).
У Жени было больное сердце. Его направили в Ленинград на курсы товароведов, после окончания которых, он работал старшим товароведом ДорУРСа Ковельской железной дороги, куда переехал жить с женой и дочкой.
Сестра мальчиков Лена в 1937 году поступила учиться на геофак Воронежского пединститута, который окончила в 1941 военном году. По распределению работала учителем географии на станции Трисвятская, а с 1944 по 1946 годы — в Москве.
Все дети в семье Хомичей были самостоятельными, смелыми, умными, не боялись трудностей. Родители воспитывали их в духе патриотизма, преданности и любви к Родине.
Наступил июнь 1941года. Война!
B боях с немецко-фашистскими захватчиками на подступах к Москве, под Вязьмой, был тяжело ранен Жорж. Его отправили в госпиталь в Ташкент на длительное лечение. Туда же эвакуировали и танковую академию, где работала его жена Аня. В академии разрабатывали новые орудия и танки.
А в Гомеле фашисты установили жестокий террор, разместили военные, карательные и полицейские организации. Город был разбит на 6 участков, на каждом — более 40 полицейских. На железнодорожном узле были дополнительная жандармерия и полицейская управа. Вся сеть карательных, военных, контрразведывательных органов была направлена на ликвидацию сопротивления со стороны населения. С помощью предателей немцы составили списки коммунистов и поэтапно истребляли их: расстреливали, вешали.
Фашисты создали пересыльный лагерь военнопленных «Дулаг-121». Над пленными издевались, морили голодом. Штабелями по 2–3 дня лежали мертвые, подчас вперемежку с тяжелобольным. За два года было уничтожено более 100 тысяч военнопленных.
Фашисты разместили в городе штабы, тыловые службы, склады и базы, которые обеспечивали войска оружием, боеприпасами, горючим и амуницией. Таким образом, Гомель имел для врага большое военно-стратегическое значение.
Еще до вступления фашистов в город в Гомеле была создана партийно-комсомольская подпольная организация. Подпольщики наносили значительный урон военной силе врага. Кроме того, они вели разведку в интересах Красной армии и партизан. Но многие из подпольщиков в начале войны погибли. Их надо было заменить проверенными гомельчанами, которые, кроме подрывной, могли бы вести агитационно-массовую работу среди населения.
В условиях конспирации подпольщики знали только свой участок работы и людей своей группы. А групп в подполье было много. Кто они? Кем они были, эти героические люди?
Один из них — Женя Хомич, сын машиниста Ивана Федоровича.
Еще до вступления фашистов в Гомель из города по железной дороге вывозили на Восток оборудование заводов и ценности, чтобы они не достались врагу. 15 августа Иван Федорович Хомич получил задание: перегнать сплотку из восьми паровозов и товарного вагона для бригады железнодорожников в Узбекистан и завернуть обратно после освобождения города от фашистов. Что он и сделал. А вот семью не успел вывезти. Она осталась в Гомеле.
В первый же день войны бомбили Ковель, где жили Женя с семьей. Женю сразу мобилизовали в танковые войска и отправили на Киевский фронт. Через несколько дней там начались ожесточенные бои с превосходящими силами противника. Под Черниговом часть, в которой воевал Женя, попала в окружение. Женя был ранен в ногу. Местные жители подлечили его. Лесными глухими тропами и болотными топями Женя добрался до Гомеля, к своей семье.
Его жена Валя, к началу войны была беременна, в первый день войны без вещей, в чем стояла, с маленькой Леночкой на руках, втиснулась в вагон поезда, следовавшего на восток.
Ободранные, голодные, они с трудом добрались до Жениной мамы. Отца Жени уже не было в Гомеле (погнал сплотку в Узбекистан).
27 ноября 1941 года Валя родила сына, которого бабушка Феодора назвала Александром — в честь Суворова и Александра Невского. Бабушка была мудрой, смелой, мужественной женщиной с добрым сердцем.
Когда вернулся из окружения раненый Женя, он был рад своему сынуле Шурику, которого сразу полюбил и души в нем не чаял.
С 1941 года в паровозном депо подпольную группу возглавил Александр Брикс. До войны он работал помощником машиниста, а с сентября — дежурным кочегаром. В его группе были: брат Николай — слесарь и Евгений Емельянов — кочегар. Зная отца Жени Хомича и всю их семью, Брикс охотно включил Женю в свою группу. В подполье Женя работал до сентября 1943 года, о чём свидетельствует архивная справка.
Женя был связным партизанского отряда «Большевик», переправлял в отряд людей, распространял антифашистские листовки, вел агитацию среди населения, устраивал диверсии на железнодорожном узле. Во время налетов советской авиации Женя сигналами указывал военные объекты немцев, которые необходимо уничтожить. Чтобы легче было осуществлять связь с партизанами отряда «Большевик», Женя на лето 1943 года увозил жену с детьми в деревню Галеевка. Туда же приходили партизаны. Из Гомеля Женя приезжал в деревню на велосипеде с корзинкой продуктов на багажнике под благовидным предлогом навестить семью. Сам же передавал партизанам сведения о дислокации немецких войск в районе Гомеля, антифашистские листовки.
У Жени были золотые руки. Он все умел делать. Сам смонтировал детекторный радиоприемник. Установил его на чердаке родительского дома и по ночам принимал сводки Совинформбюро, которые потом передавал через связных для печатания листовок.
За связь местных жителей с партизанами немецкие каратели сожгли Галеевку, предварительно расстреляв всех мужчин — от мальчиков до стариков. Удалось спасти только одного красивого мальчика, которого переодели в девичье платье.
О своей деятельности Женя старался ничего не рассказывать жене, хотя она и догадывалась. А вот с мамой был откровенен. Сначала мать укоряла его: «Женя, что ты делаешь? Ведь у тебя двое маленьких детей!»
А он отвечал: «Мама, у них есть Родина! Если со мной что случится, Родина о них позаботится».
Часто Женя просил маму помочь ему. По его просьбе Феодора Васильевна в корзинке с яблоками носила листовки для связных в Пионерский парк на Советской улице, подвергая себя и всю семью смертельной опасности.
Немцы усиливали охрану железнодорожных объектов, тем не менее, диверсии учащались.
Наступило лето 1943 года. Взрывы раздавались в разных концах города. Взрывали цистерны, паровозы, автомашины. Пустили под откос два вагона с авиамоторами. Была взорвана телефонная станция на железнодорожном узле, склад смазочных масел.
Осенью 1943 года советские войска начали бои за освобождение Беларуси. Подпольная работа в Гомеле набрала еще более широкий размах. Но и враг не дремал, пользовался услугами провокаторов. Начались сплошные аресты и расстрелы.
8 сентября 1943 года по доносу провокатора Бориса Франукевича был арестован и Женя Хомич. (В 1945 году военным трибуналом Франукевич был приговорен к расстрелу — заочно.)
Гестапо пытало, зверски издевалось над Женей и другими патриотами. 26 сентября 1943 года Женю вместе с группой подпольщиков расстреляли во дворе Гомельской тюрьмы и закопали там же в двух ямах.
После освобождения мать и жена Жени опознали его труп, хотя на допросах его лицо и тело палачи превратили в сплошное месиво. Опознали по фуфайке, в кармане которой обнаружили последнюю мамину записку, переданную ею через надсмотрщика незадолго до расстрела. Женя никого не выдал. Группа Брикса продолжала подпольную деятельность до прихода в Гомель советских войск в ноябре 1943 года.
Расстрелянных похоронили на христианском кладбище напротив улицы Песина в братской могиле, где установили мемориальную доску с надписью: «Здесь похоронены герои-подпольщики Тимофеенко Р. И., Шилов И. Б., Хомич Е. И., Басаков Д. Е., Приходько Ф. Г., Шупынин К. С. и 27 неизвестных советских патриотов, казненных фашистами в сентябре 1943 года».
Брат Жорж (Георгий Иванович) после лечения в госпитале продолжал в Ташкенте работу в академии, а в 1944-м вместе с академией вернулся в Москву. В 1945 году, когда фронт откатился за пределы Советского Союза, но на территории фашистской Германии еще гремели бои, Георгий Иванович вместе с группой офицеров академии на новых танках, ими же разработанных, отправился добивать врага в его логове. На этих танках они в Берлине и встретили День Победы. За участие в боях Георгий Иванович имел много наград. В 1945 году у него родился сын, которого назвали в честь погибшего брата — Евгением.
В начале 1950-х годов Георгия Ивановича, уже полковника, перевели в Минск командиром танкового полка. В 1953 году у него родился сын Алеша.
Сестра Жоржа и Жени — Лена — в 1946 году вышла замуж за своего одноклассника Павла Казаченко (моего родного дядю). Он вернулся инвалидом с Калининского фронта. Лена и Павел уехали жить в Черновцы (столицу Буковины). Там военкомат выделил Павлу однокомнатную квартиру, где они прожили почти 25 лет, потом вернулись в Гомель.
Тётя Лена, не имея собственных детей, считала детей брата Жени своими родными. Любила их, жалела, и, как могла, помогала материально.
Сын Жени — Александр Евгеньевич Хомич — пошел по стопам своего любимого дяди Жоржа, стал кадровым офицером. В звании майора вышел в отставку. Имеет взрослую дочь. С семьей проживали в Днепропетровске, умер в 2009 году от тяжелой болезни сердца.
Дочь Жени — Елена Евгеньевна Телепнева — окончила Пензинский сельскохозяйственный институт, работала инженером-технологом в Гомельском проектном институте. Ныне пенсионерка. У нее есть сын Женя (в память о погибшем отце) и внук Роман.
Вот такую историю о жизни братьев Хомичей поведали мне их сестра Елена Ивановна Казаченко (вдова моего дяди Павла) и дочь Евгения — Елена Евгеньевна Телепнева (Хомич по отцу).